Архив рубрики: СМИ о нас

Чи є перебої з «Доступними ліками» в Харкові?

У Харкові люди не завжди можуть отримати безкоштовні препарати з державної програми «Доступні ліки». Про це розповідає Алла Фещенко, голова громадської організації «Станція «Харків». 

За словами Фещенко, відкрито скаржитись люди бояться. В обласному управлінні охорони здоров'я про такі випадки не відомо, говорить віце-губернатор Михайло Черняк. За його даними, цьогоріч більше півмільйона жителів Харківщини отримали ліки безкоштовно чи зі знижкою.

Источник

«Доступні ліки»: як покращити механізм фінансування

Від жовтня громадська організація «Волонтерська ініціатива «Станція Харків» за підтримки американського Національного фонду на підтримку демократії (National Endowment for Democracy) реалізує проект «Сприяння прозорості в сфері охорони здоров'я Східної України». Упродовж року наша команда відстежуватиме механізми прозорості і підзвітності у секторі охорони здоров'я України. Головна мета — сприяння реалізації медреформи на Харківщині.

 

Попри нещодавній старт проекту, ми вже отримали два десятки повідомлень від громадян. Серед них — випадки, коли за урядовою програмою «Доступні ліки» лікар відмовляється виписувати рецепт на безкоштовні медикаменти, або аптека не видає препарат. Аргумент в обох випадках один — «відсутність коштів».

 Якою є причина проблеми? Щоб з'ясувати це, команда проекту вирішила розібратися в механізмі фінансування програми «Доступні ліки».

 В його основі лежить процедура реімбурсації, тобто компенсації аптекам вартості медикаментів, відпущених пацієнту за рецептом, за рахунок коштів державного бюджету України.

 Сам механізм реімбурсації має кілька етапів, і своєю складністю провокує проблеми й збої.

 Ключові учасники процедури реімбурсації — пацієнт (отримує безкоштовні ліки), лікар (виписує рецепт за визначеною формою) і аптека (учасник програми).

 Для участі у Програмі аптека має укласти договір з органом місцевого самоврядування і зобов’язана безкоштовно видати пацієнту ліки за рецептом (або запропонувати дорожчий аналог, заплативши різницю в ціні).

 Де аптека візьме гроші для закупівлі ліків — справа аптеки. Це потребує виокремлення оборотних коштів, яких банально може не бути. Відтак, немає нічого дивного, що аптеки не поспішають долучатися до програми або відмовляють у медикаментах.

 Двічі на місяць аптека надає звіт про відпущені ліки місцевим «розпорядникам бюджетних коштів», що здійснюють функції охорони здоров'я. Таких розпорядників визначає місцева рада при затвердженні місцевого бюджету.

 Зазвичай розпорядниками коштів є органи управління системою охорони здоров'я (наприклад, Департамент охорони здоров'я Харківської міськради). Саме з ним аптека і укладає договір.

 Орган місцевого самоврядування компенсує аптеці витрати. Для цього він використовує кошти, що надійшли з держбюджету у вигляді медичної субвенції. Питання розподілу субвенції між містами України — дещо політичне (проект держбюджету готує Кабінет Міністрів, а затверджує його Верховна Рада).

Спочатку при підготовці проекту держбюджету чиновники мають спланувати, скільки коштів й де знадобиться на безкоштовні медикаменти. Потім їх плани «відкорегують» народні депутати, в результаті чого проект бюджету може серйозно змінитися.

 Після затвердження держбюджету Державна казначейська служба нараховує гроші на рахунки розпорядників бюджету місцевого. І тільки після цього виконавчі органи місцевих рад отримують можливість розрахуватися з аптеками.

 Шлях бюджетних коштів до аптеки є доволі складним. На всіх етапах процедури можуть виникнути затримки, зволікання й інші «сюрпризи», в результаті яких аптеки можуть не отримати гроші вчасно.

 У випадку, коли у розпорядника коштів місцевого бюджету не лишається грошей на рахунку для проведення реімбурсації, можна очікувати, що місцеві чиновники можуть рекомендувати лікарям не виписувати рецепти на безкоштовні ліки.

 У цій ситуації всі учасники процедури вимушені чекати, поки Казначейство нарахує гроші, якими можна буде розрахуватися з аптеками.

 Такий механізм доволі складно визнати вдалим: багато що залежить від політичної волі депутатів, очевидні складні технічні моменти, що створюють підстави для збоїв.

 Це здійснювалося б ефективніше, якби аптеки отримували компенсацію в обхід місцевих депутатів і чиновників — безпосередньо з держбюджету через Національну службу здоров’я України. Це дозволить уникнути залежності від політичних ігор або зволікання місцевих чиновників.

 В рамках проекту «Сприяння прозорості в сфері охорони здоров'я Східної України» громадська організація «Волонтерська ініціатива «Станція Харків» відстежуватиме виконання органами влади й медичними установами законодавчих засад щодо прав пацієнтів. Серед цілей проекту — перевірка повноти інформування пацієнтів щодо їхніх прав, відбору лікарів для первинної медичної допомоги, а також реалізації програми «Доступні ліки». На основі висновків «Станція Харків» сформує рекомендації з усунення корупційних ризиків і мінімізації зловживання державними коштами.

 Автор:

Почему возникают перебои с «Доступными лекарствами»

Пациенты харьковских поликлиник начали жаловаться на перебои в работе программы «Доступные лекарства». Якобы врачи отказываются выписывать рецепт на получение бесплатных препаратов, аргументируя это «отсутствием средств». Либо аптека отказывает в выдаче лекарств по рецепту.

С октября представители общественной организации «Волонтерская инициатива «Станция Харьков» мониторят ситуацию с доступом ко льготным лекарствам. Общественники зарегистрировали около 20-ти жалоб. Со сложностями столкнулась и семья руководительницы проекта Аллы Фещенко.

«Моя мама несколько месяцев получала рецепты от давления, а в октябре ей сказали, что до конца года, скорей всего, их не будет, что программа приостановлена», — рассказывает Фещенко.

Участники проекта принимают обращения по горячей линии, а также на личном приеме социального консультанта. По их словам, в частности, в поликлиниках №№ 11 и 25 пациенты жаловались на отказ выписать рецепт.

smi2018-1

В случае отказа в рецепте они советуют идти к главврачу и требовать официальный отказ. Говорят, так проблема сразу решается. Сейчас общественники готовят обращения к местным властям и МОЗ с требованием разобраться в ситуации.

А вот харьковчанка Елена Рассказова получила рецепт на препарат от астмы без проблем. Перед тем как выписать документ, доктор позвонила в аптеку, где подтвердили наличие лекарства. С рецептом Елена отправилась за необходимой суспензией, но при получении столкнулась со сложностями. В аптеке вместо 20-ти штук предложили выдать только одну.

«Сказали, что препарат разобрали, хотя аптека находится через дорогу от поликлиники, и я туда пошла сразу после звонка доктора. Тогда я включила видеозапись и попросила объяснить, почему не дают лекарство. Девушка сразу закрыла кассу. Я тогда обратилась к другой сотруднице,  и та сказала, что есть 10 небул, но они все равно должны забрать мой рецепт на 20. Я спросила, могу ли я получить часть сейчас, а остальные 10 позже, мне ответили отказом», — говорит Елена.

История Елены произошла в аптеке по адресу: улица Космическая, 25.

По словам заместительницы директора департамента здравоохранения Елены Головиной, местные власти не могут влиять на аптеки, так как это частные структуры. А вот перебои с выпиской рецептов действительно случались, но летом. Они были связаны с реорганизацией медучреждений в коммунальные некоммерческие предприятия.

Раньше аптеки заключали договора на компенсацию стоимости лекарств с медучреждениями. В связи с переходом на другую форму хозяйствования с июля счета последних были закрыты. С сентября распорядителем бюджетных средств стал департамент здравоохранения. Он заново начал процедуру заключения договоров с аптеками до конца года. Остаток денег, которые раньше были направлены на лечебные учреждения, перешли на счет департамента, и теперь он возмещает затраты аптек по программе.

Елена Головина уверяет, что задержек с перечислением денег аптекам и проблем с получением рецептов нет. Субвенции в 30,5 миллиона гривен, выделенной на Харьков, вполне хватит на весь год. К программе присоединились 40 аптек (всего по области — 504). Состоянием на ноябрь врачи выписали более 522 тысячи  рецептов. Из них 442 тысячи — на препараты для лечения сердечно-сосудистых заболеваний.

Замдиректора департамента связывает недостаток лекарств в аптеках с сезонностью. Мол, по окончанию огородного сезона пациенты активно занялись здоровьем и больше стали обращаться за льготными препаратами.

«С аптекой заключается договор и помесячно распределяется, какую сумму они могут взять. И эта сумма доводится до поликлиник. То есть, они стараются на эту сумму выписывать рецепты. Иначе, если не контролировать деньги, они сразу растратятся», — объясняет замдиректора.

По ее словам, проблемы возникают, как правило, во второй половине месяца, когда учреждения уже успели исчерпать примерный лимит. Бесплатные лекарства заканчиваются, и остаются те, за которые нужно доплатить.

«Должна предупредить, что выписка рецептов будет закончена, скорее всего, в первую декаду. Последний отчет мы должны сдать 17-го декабря, чтобы вовремя перечислить деньги», — сказала Головина.

Сообщить о нарушениях в реализации программы «Доступные лекарства» можно на сайте Правительственного контактного центра или по телефону горячей линии 1545.

Источник

Теплые вещи, буржуйки и дрова – вынужденные переселенцы на Харьковщине готовятся к холодам

Ирина Антонюк, Медиа Группа «Объектив», 7.11.2015

Татьяна с тремя детьми и мужем еще в прошлом году бежали из родного Первомайска. Сначала остановились у родственников в Луганской области, а этим летом переехали в Харьков. Так как снимать жилье им не по карману – временно поселились в лагере для переселенцев «Ромашка».

Татьяна Трофимова
вынужденная переселенка
Вообще бежали пешком оттуда, по Бахмутской трасе бежали пешком, с тремя детьми, с памперсами, кашами, вот я и муж. Мы очень хорошо все разместились. Двое детей спят со мной на кровати, муж там, скраю, а старший ребенок спит в кроватке. Так что нам места – нормально – хватает

За 2 года в этом лагере пережидали войну тысячи переселенцев. Среди постояльцев — только многодетные семьи и инвалиды, у которых нет возможности заработать на съемное жилье, отмечают в «Ромашке».

Корпус в лагере начали реставрировать еще в декабре прошлого года. Денег, выделенных благотворителями, хватило на утепление фасада, коммуникации и внутреннюю отделку первого этажа. После завершения ремонта, на втором этаже сможет разместиться еще 8 семей.

В администрации лагеря рассказывают, к зиме подготовились. Например – еще в прошлом году почти все санузлы располагались на улице, летом их установили в корпусах. Остается открытым вопрос с медикаментами — с первыми холодами многие дети простудились, а деньги на лекарства есть не у всех родителей.

Наталия
администратор лагеря «Ромашка»
Лекарств, естественно, не хватает. Но мамочки, которые покупают лекарства, делятся с другими мамочками. И вот так мы и лечимся. Волонтеры привозят лекарства, но это редко очень. Приезжают, спрашивают — что нужно. И они привозят

На станциях гуманитарной помощи по-прежнему остро не хватает самых необходимых предметов быта, отмечают волонтеры. Хоть наплыва вынужденных переселенцев сейчас нет, за 2 года их число на Харьковщине выросло в 2-3 раза. Это — почти 200 тысяч человек, и большинство из них нуждается в поддержке.

Алиса Веневцева
волонтер общественной организации «Станция Харьков»
У нас всегда остро стоит проблема с гуманитарной помощью. То есть – питание, гигиена, элементарные предметы быта: постельное, подушки, одеяла и прочее. Это все то, что нам приносится неравнодушными гражданами. И эта проблема всегда была и остро

При этом основная проблема для переселенцев – дорогое съемное жиль, говорят волонтеры. Многие семьи тратят большую часть бюджета на оплату квартиры, а за вещами, медикаментами и едой идут к волонтерам.

Елена Бломберус
вынужденная переселенка
Трое детей и мы с мужем, снимаем жилье, на съемном жилье. Первая проблема – это у нас жилье. И не только у меня. Я думаю, что у всех переселенцев первая проблема – это жилье. Потому что так уже надело ходить просить, упрашивать, искать. Честно

При поддержке ООН стартовала зимняя программа персональной помощи переселенцам, отмечают волонтеры.

Лариса Веселянская
волонтер общественной организации «Станция Харьков»
Там предусмотрена оплата угля или дров, если это в частном секторе, где есть печное отопление. Но, к сожалению, таких очень мало людей. Ну, теперь люди просят – дайте хотя бы обогреватели, одеяла и свечи, теплую одежду и обувь

Волонтеры рассказывают, люди выезжают из-под обстрелов, ездят по Украине в поисках жилья и работы, но, не найдя поддержки, возвращаются в разрушенные дома. Только в Станице Луганской, где почти ежедневно раздаются выстрелы, этой осенью открыли четыре детских сада.

Надежда Рындина
волонтер общественной организации «Станция Харьков»
Просят игрушки либо пластмассовые, либо моющие. Для детских учреждений. Это то, что идет в первоочередных потребностях. Потому что даже если взрыв происходит не на территории детского сада, детонация идет по поселку и сыпется штукатурка

Те, кому некуда возвращаться, привыкают к новому месту жительства и мечтают обзавестись собственным домом.

Татьяна Трофимова
вынужденная переселенка
Мы подсобирали немножко денег, купить дом. Хоть в деревне, какой-то маленький, хоть как-то его отремонтировать потихонечку и отходить от этого всего и начинать жить с чистого листа, как говорится

«Станція Чугуїв»: комплексна допомога переселенцям

На Харківщині продовжує діяти проект «Станція Регіон» — ініціатива волонтерів та ООН, націлена на допомогу та підтримку переселенців із зони АТО. Пункти допомоги людям, які потрапили у складні життєві умови, відкрито у Харкові, Чугуєві, ізюмі та ще трьох містах області. Тісна співпраця із благодійними фондами та небайдужість жителів сіл і міст , дозволяє учасникам проекту надавати і отримувати допомогу. Про роботу Станції Чугуїв наш наступний сюжет.

https://youtu.be/riuomQStpGU

Поток беженцев через Харьков сократился и изменил направление — волонтер

Алексей Грищенко, «STATUS QUO», 19.09.2014

Если в августе поток беженцев через Южный Вокзал в Харькове составлял 500-700 человек в день, то сейчас — 200-400 человек. 

Об этом 19 сентября сообщила координатор волонтерского проекта «Станции Харьков» Надежда Рындина. По ее словам, если раньше люди ехали из зоны АТО, то теперь поток равный туда и обратно. При этом многие из переселенцев не обращаются на пункты поддержки беженцев, так как не первый раз в Харькове и уже освоились тут.

Как отметила Рындина, из зоны АТО люди выезжают на постоянное место жительства в другие места. «Они понимают, что там у них не будет работы, жилья, и они, возможно, никогда не вернутся обратно. Едут всей семьей, с вещами. Если раньше ехали мамы с детьми, инвалиды и пенсионеры, наспех собрав несколько пакетов, то теперь выезжают с документами, основательно. Возникла даже проблема с переоформлением пенсий и пособий, чтобы на законном основании получать их в Харькове. Возникает проблема с тем, что люди не могут вернуть депозиты. Недавно женщина, выезжающая в Беларусь, не смогла получить 15 тыс. грн., так как ее карточку заблокировали на территории Луганской области. Поэтому волонтеры собирали женщине деньги на билет в Беларусь», — сообщила Рындина.

По ее словам, в зону АТО люди едут за теплыми вещам. «Мы пытаемся их отговорить, так как пальто не стоит человеческой жизни. Ведь автобусы с пассажирами иногда обстреливаются, и есть риск попасть под пулю. Недавно было несколько таких случаев. Известно, что водитель автобуса, которых ходил в Алчевск, был ранен — получил ранение обеих ног. Едут также забрать пожилых родственников, которые не могут сами выехать. Еще есть категория  — оптимисты, которые считают, что ситуация стабилизировалась, что все замечательно, что с 1 октября в ЛНР и ДНР будут работать школы, что зарплаты будут выплачиваться в рублях», — отметила волонтер.

Она рассказала, что людям также звонят с территории ЛНР и ДНР и требуют, чтобы они вернулись на работу, так как их уволят и прервется их трудовой стаж. Эта проблема в Украине не решена на законодательном уровне. Еще одна категория выезжающих на Донбасс считают, что дома можно будет легче перезимовать, так как сейчас они живут в летних домиках.

Источник

«Читаю и рыдаю: и от гордости, и от бессилия…» — Будни волонтеров «Станции «Харьков» — 11 cентября

Будни волонтеров "Станция «Харьков»:

Краснооктябрьская, 20; Южный Вокзал

11 сентября

ВОКЗАЛ

Алла Фещенко:

Вот такие гости у нас сегодня были !!!!! Ребята из зоны АТО, едут в отпуск! Классные такие! На первом фото за столом волонтёр-переселенец из Донецка и солдат из зоны АТО. На втором фото — сбывшаяся мечта, фото с защитниками и гордостью нашей страны! И таки да, Харьков уже тоже встречает солдат аплодисментами! А ещё на перроне было очень весело ... Пока мы ждали поезд на Киев ( провожали переселенцев) кто-то выкрикнул солдатам «СЛАВА УКРАИНЕ!» — Они хором: «ГЕРОЯМ СЛАВА!». Потом солдаты крикнули: «ПУТИН!» и почти весь перрон хором: «Х…. !!!» Ну вы поняли…)))))))

Юлия Конотопцева:

Ох… как мы сегодня по младенцам «выступали». Переселили 8 человек (ага, мы теперь этим тоже занимаемся), поселили вновь прибывших 4 человека, отправили большущую семью, купив им недорогие билеты. Цена вопроса — гривен 300, а их 8 человек (Спасибо, Лариса, ты геройский герой!) Знаете, что самое страшное? Люди стали возвращаться домой, натерпевшись, намучившись от безденежья и без крыши над головой. Все это подкреплено массовыми информационными атаками о национализации квартир, пенсиях, зарплатах и манне небесной, которая упадет на их головы, если они вернутся. А там нет никакого перемирия, чтоб вы понимали, сегодня приехала семья из-под Мариуполя, где бомбят не переставая. Если у вас есть знакомые и родственники, или просто вы знаете людей, которые собираются вернуться в еще не освобожденные города – отговаривайте, потерпите, давайте вместе поможем им устроиться и переждать, это вопрос жизни и смерти – и это не пафосные слова, это буквально.

Сегодня самый маленький малыш за время нашей работы – двухмесячный Ванька (так называет его старший брат Дима), весь в голубом, красавчик )) Их мама позвонила, как будто за ней еще гонятся, и долго объясняла, что сама не понимает, как решилась их вывезти, что с ней ехали десятки женщин с детьми и ни одного мужчины. Все ее знакомые мужчины остались со стариками дома. Поселили временно, конечно, успокоили, как могли, чем мы еще можем помочь…

…Ну что… надежда только на всесильный Фейсбук и Добрых людей. Не буду подробно описывать сегодняшние мытарства, но обманутую «риелторами» семью мы так и не смогли поселить. Пока на два дня в отель, за два дня нужно найти жилье. Их шестеро, трое взрослых, двое детей-подростков и крошечный четырехмесячный Олег. Шансов что-то найти – практически нет. Но им очень нужно место, где могут жить дети, ходить в школу и, насколько это возможно, забыть то, от чего они бежали.

Они могут платить (не очень много), мы можем добавить в разумных пределах. Если есть что-то конкретное – прошу в комментах или в личку на ФБ. P.S. Вчерашняя семья врачей сегодня нашла свой временный дом благодаря Ирине Ивановой. Спасибо, Ирина!!

Alice Venev: Вот о чем думаю, где столько пинков взять, чтоб на всех чиновников хватило? Очередная история в картинках про паспорт: мужчина обратился к волонтерам на вокзале по поводу восстановления паспорта. Как знается, мы отправили его на Малиновского в ближайший паспортный. Откуда его благополучно сплавили в Госпром, откуда его технично направили на Рымарскую в обл. овир, откуда перенаправили в паспортный стол на Студенческую (даже не знаю какой район), откуда технично сплавили на Красношкольную (что там у нас, Червонозаводской)? А оттуда вернули на МАЛИНОВСКОГО!!!

Вот сидим с ним на вокзале и ох…ем: он от своего знакомства с городом, а я от того, что он в ДОМАШНИХ ТАПОЧКАХ!!!

Галины Безверхая:

Гарно коли справи йдуть слідком за словами! Дякую Колеснік Олександрі та Цимбал Олексію, які долучилася до цієї доброї справи! Добро єднає людей! Сьогодні на Станцію «Харків» було доставлено одноразовий посуд: — глибокі тарілки — 3000 шт; — столові ложки — 4000 шт; — стакани 180мл — 5000 шт; — дерев'яні мішалки — 20 000 шт.

Все буде добре!

КОНТОРА на КОНТОРСКОЙ

Женя Дисс: Вот такие одеяла, тысячу штук, нам сегодня привезли из Киева. Наши героические волонтёры их нашли, заказали и организовали склад для их хранения. Склад ужасно дорогой — нашему волонтёру придётся за это покрасить ворота владельцу . Одеяла мы раздаём тем, кому они нужнее всего. Почти всем, кто просит. Не даём только взрослым одиноким дядечкам. И, уже ставшее традиционным, спасибо Sapronov Yuri за возможность поделиться кусочком тепла.

Инна Ачкасова: 11.09 людей было меньше — 138 семей, 303 человека. Скорее всего, это связано со стремлением людей домой — хоть «одним глазком», хоть за вещами, пока не стреляют…

Очень большим спросом пользуются одеяла! Просят почти все. Очень многие живут на дачах или в пустых квартирах — укрываться нечем, по ночам уже холодно.

Обратила пристальное внимание на вопрос о регистрации. Ну что? Где-то треть побывала в Госпроме. В основном пенсионеры. Остальные — либо в первый раз слышат такое слово: «А что это такое?» Либо не знают, зачем им это нужно. А и правда — зачем? Мы пытаемся соблазнить рассказом о том, что «может когда-нибудь государство начнем выплачивать какие-то компенсации…» Пожимают плечами, не верят.

Приходил журналист от радио Bi-Bi-Si. Приятно побеседовали под щебет детворы в детской, показали наши владения. Под конец он задал вопрос, которым загнал меня в тупик: «А вот что, на Вашем месте, следует делать Президенту, чтобы закончить войну?» Не знаю. Так и сказала, что не знаю. Не владею достоверной информацией и квалификацией для того, чтобы ответить на такой вопрос.

Всем хорошего дня и мира!

МЕДИЦИНСКАЯ ГРУППА Галина Кравцова:

Вчера была в неотложке:

Женя, ребенок с кровоизлиянием в головной мозг, находится в общем отделении с мамой, дела его вроде налаживаются. Полина, девочка с опухолью, находится в реанимации, теперь малышка борется с нашей помощью с пневмонией, она дышит сама, но через трахеостому. Мама Полины большая молодец, держится и верит в лучшее,не отчаивается ни на секунду. Для деток вчера были закуплены Биовен Моно, мепенам, ванкомицин, лира и р-ры для инфузионной терапии.

Инга Микулинская: На прошлой неделе, я совершенно случайно попала на встречу главврача детской больницы и польских волонтеров. В процессе встречи выяснилось, что в ОДКБ лежит очень много детей из зоны АТО. В том числе и дети с ранениями. Я взяла список препаратов и мы с нашей медкомандой (Анна Рыбникова и Galyna Kravtcova) закупили препаратов. К сожалению, закупить удалось не все — очень дорого все лекарства, но мы надеемся, что до конца недели соберем нужную сумму и сможем помочь маленьким пациентам.

Michael Simbirsky: Боже мой, прочитал диагнозы, какой кошмар:

Девочка неполных 15 лет с минно-взрывной травмой (растяжка, видимо, или, скорее, обстрел), множественные осколочные ранения от глаза до голени с переломом.

И девочка 1 год 3 месяца, тоже с минно-взрывной травмой, осколки по всему телу.

Обе из одного села, даже с одной улицы.

Список потребностей "Станция «Харьков»:

Продукты питания (нескоропортящиеся продукты, детское питание) Медикаменты (просьба проверять срок годности и не приносить рецептурные препараты) Средства гигиены, бытовая химия, памперсы, средства женской гигиены Постельное бельё, полотенца, подушки, одеяла, матрацы Посуда Детские и взрослые книги, игрушки Детские принадлежности: коляски, ванночки, кроватки, стульчики для кормления, манежи, кенгурятники, слинги, горшки, соски, бутылочки и пр. Бытовая техника (холодильники, чайники, микроволновки, электроплитки, печки, стиральные машинки)

Как перечислить нам средства

© novosti.kh.ua

Харьков, пресс-конференция по проекту для переселенцев «Станция успеха» («Новый отсчет»)

https://www.youtube.com/watch?v=LlTpTLGK5eQ

04.09.2015 в 11:00, Харьков, пресс-конференция по проекту для вынужденных переселенцев «Станция успеха» («Новый отсчет»)
Стрим на YouTube канале «Накипело LIVE»

Пресс-анонс Харьковского кризисного инфоцентра на 04.09.2015
11.00 — пресс-конференция по проекту для вынужденных переселенцев «Станция успеха» («Новый отсчет»).

Инициативная группа волонтеров расскажет о программе, в начале которой отобрали 100 человек с идеями потенциально приносящими прибыль. В этом составе заинтересованные переселенцы прошли обучение, написали бизнес-планы. Теперь, на последнем этапе, организаторы проекта проведут с конкурсантами защиту бизнес-идей, выберут победителей и профинансируют лучшие бизнес-планы согласно условиям гранта. Подробности — в ходе пресс-конференции.

Спикеры:
Катерина Стрельченко — куратор проекта от БО «БФ «Станция «Харьков»»
Наталья Яковлева — руководитель группы тренеров, соучредитель БФ «Харьков с тобой»
Александр Чумак — руководитель проекта в Харькове

Уважаемые коллеги! Просим обратить внимание на то, что Харьковский кризисный инфоцентр на сайте civilforum.com.ua будет транслировать стримы пресс-конференций, которые состоятся по адресу: ул. Иванова, 7/9, 1-й этаж (бизнес-центр «Параллель-50», напротив тыльной стороны ХОГА). Свои вопросы в прямом эфире вы можете задать по скайп nakipelo.tv
Дополнительная информация по телефонам:


(067) 575 0007 — Наталья Курдюкова
(095) 915 16 41 — Ирина Коростелева

 

© Накипело LIVE

Переселенцам предлагают стать бизнесменами

За год центр занятости устроил на работу 1256 переселенцев и 112 демобилизованных
Демобилизованный предлагают службу по контракту и работу охранниками. Фото: пресс-служба ХОГА

Демобилизованный предлагают службу по контракту и работу охранниками. Фото: пресс-служба ХОГА
 0  292

Прошло больше года с тех пор, как прифронтовой Харьков стал центральным городом Украины по приему переселенцев с Донбасса.

По официальным данным горсовета на сегодняшний день зарегистрировано 102 тысячи временно перемещенных лиц из зоны АТО, неофициальная цифра – в разы больше.

И если в начале военного конфликта на Донбассе люди рассматривали Харьков, как город-транзит, то сейчас многие принимают решение задержаться в первой столице, обустраивают быт и ищут работу.

«Меньше чем за год за помощью по трудоустройству в центр занятости обратилось 3847 переселенцев из Донбасса и Крыма. 1256 из них нашли работу», — рассказали NR в Харьковском областном центре занятости.

Чаще всего переселенцы хотят устроиться в Харькове на должность бухгалтера, экономиста, учителя, госслужащего, работника фермерского хозяйства, комплексного обслуживания или ремонта домов, охранника.

Нередко жителям Донбасса приходится проходить курсы переквалификации, чтобы зарабатывать на жизнь. Ведь традиционные для Донецка и Луганска шахтерские вакансии в Харькове попросту отсутствуют.

«Мы плотно работаем с центром занятости, консультируем людей и помогаем им найти работу, — рассказывает волонтер организации „Станция Харьков“ Екатерина Стрельченко. – В 2015 году к нам лично обратилось около тысячи переселенцев и половина из них нашли работу. Конечно, чаще всего люди хотят устроиться в Харькове по своей специальности. Сложно приходится людям с шахтерскими профессиями – чтобы остаться и зарабатывать в нашем регионе, им необходимо переобучаться».

Сейчас у работодателей нет настороженности к потенциальным работникам из Донбасса. Как рассказывает Антон Родин, который переехал с семьей из Алчевска в Харьков месяц назад, найти работу – не проблема. Бывший инженер решил изменить профессиональное направление и сейчас устраивается контролером-кассиром в один из банков.

«Как только я приехал сюда, то сразу пошел по нескольким адресам: искал работу через волонтеров, на сайте, лично ходил по харьковским предприятиям. За несколько дней я посетил примерно 15-20 работодателей, — говорит Антон. – Не могу сказать, что в Харькове столкнулся с плохим отношением к переселенцам – 80% людей, с которыми пришлось общаться, воспринимали меня адекватно».

1461667_663747383677800_1788624700_n.jpg

Антон Родин приехал в Харьков с женой и ребенком месяц назад. Фото: соцсети

Демобилизованным – дорога в охранники

С середины марта, когда началась демобилизация из зоны проведения АТО, в Харькове озаботились трудоустройством бойцов. По данным ХОГА, в регион вернутся больше 2500 военнослужащих, которым будет нужна помощь в поиске работы.

«Среди демобилизованных, которые принимали участие в АТО, наиболее актуальными являются вакансии „Укрборонпрома“, инспекторов пенитенциарной системы и охранников. Честь бойцов выбирают службу по контракту», — говорят в Харьковском областном центре занятости.

Меньше чем за год за помощью по трудоустройству в центр обратились 192 демобилизованных бойца, 112 из них нашли работу.

Правда, не всех устраивают предложенные государством вакансии.

Боец Нацгвардии Валерий Федотов, вернувшись в Харьков после года службы в зоне проведения АТО, получил предложение стать надзирателем в колонии и охранником «канатки».

«В центре занятости работу предлагают исходя из записей в трудовой книжке, компьютер сам ищет вакансию для тебя. Мне, например, предложили три варианта: охранник предприятия, сторож в аквапарке и охранник канатной дороги, — рассказывает Валерий. – Все три вакансии ты „прозваниваешь“ сам и решаешь – подходит ли тебе эта работа. Мне не подошла ни одна — из-за маленькой зарплаты и графика – и поэтому в центре занятости меня поставили на учет».

Сейчас экс-нацгвардеец проходит обучение и через три недели выйдет на улицы Харькова в составе новой патрульной полиции.

9wjqjgy-cws.jpg

Валерий Федотов выйдет на улицы Харькова в составе патрульной полиции 26 сентября. Фото: соцсети

Помогают открыть свое дело 

Кстати, помогают в Харькове и тем, кто решил открыть свое дело. Сейчас подходит к финалу проект «Станция Успеха», который направлен на помощь людям, которые имели опыт ведения бизнеса или хочет попробовать начать свое дело с нуля.

«Сто переселенцев прошли обучение и сейчас готовят к защите свои бизнес-планы, — говорит Екатерина Стрельченко. – Те проекты, которые будут оценены, как жизнеспособные, получат финансирование от 15 до 90 тысяч гривен».

© newsroom.kh.ua

Как станция Харьков меняет беженцев

Как станция Харьков меняет беженцев

Беглецы с Востока не сразу понимают, почему люди в Харькове о них заботятся. Но когда понимают — присоединяются

С марта этого года в Харькове официально зарегистрировано 113 тысяч вынужденных переселенцев. Волонтеры говорят о 400 тысячах.

Волонтерам виднее. Ведь в большинстве случаев именно они встречают беженцев на вокзалах, и помогают им освоиться в мирной, но не всегда гостеприимной реальности.

– Сегодня маму из Первомайска в Харьков везут, – с тревогой говорит женщина лет пятидесяти, обращаясь к знакомой. – Она побыла здесь два месяца и вернулась хату стечь. А теперь город накрыли ударами. Хлеба нет — пекарня не работает. В женскую консультацию снаряды попали. Тридцатая школа разрушена.

Светловолосая женщина слушает приятельницу молча. На ее лице то ли оцепенение, то ли отрешенность.

– Аня, нам просто не будет куда возвращаться, – продолжает собеседница. К тревоге в ее голосе добавляется отчаянье.– А когда я в последний раз была в Первомайске, в городе такая тишина была, что становилось жутко. Кажется, чихнешь, и эхо покатится улицами, как в горах. Только стук молоточков слышен – окна забивают.

«Мы не молились, а воем выли»

Анна и Наталья – беженцы из Первомайска Луганской области. Вмести прятались от взрывов в подвале. А теперь случайно встретились в Харькове в очереди благотворительного центра, где оказывают помощь переселенцам.

Анна приехала в Харьков с мамой и двумя детьми. Живет семья у родственников «большим колхозом» – восемь человек в одном доме. Их квартира в Первомайске разрушена. Первое попадание было в июле. А когда Анна наведалась домой в сентябре – собирала потолок с пола.

– Мой отец умер от онкологии в январе этого года. Думаю, это к лучшему, – в глазах женщины стоят слезы. Объясняет. – Был бы он прикован к постели, мама бы его не бросила. Все мои знакомые живы. Мы с мамой и детьми тоже живы, слава Богу. Только доктор, с которой я работа, умерла. У нее был перитонит после разрыва аппендицита. Не было воды, света, и из Стаханова скорая не смогла приехать: обстрел.

Анна – медсестра. В Харькове устроилась уборщицей.

– Был случай, когда у нас в доме взрывной волной сорвало дверь, – вспоминает женщина. – Черкнуло по голове соседку, только чудом не убило. У нее кровь льет, а у меня, медсестры, есть только бинт и вата. Я вам честно скажу, материлась я тогда громко.

– Как вам жилось в ЛНР?

– Бывало, эти казаки, ополченцы, или как их правильно называть, воду и хлеб привозили. Даже мед однажды. Но были и дни, когда не было ни воды, ни хлеба. Хлорированную воду из бассейна брали. Я перешла жить в подвал на соседнюю улицу, к куме. Меня там гостеприимно приняли. Кушать варили на всех. За водой ходили по очереди. Было бы у меня здесь свое жилье, я бы всех этих людей сюда забрала. Всех.

– Раньше о войне только в книжках читали. А какая она на самом деле?

– Страшно. Страшно. Страшно. Очень страшно, – на одном дыхании отвечает Анна. – Страшно ночами сидеть, и молится, чтобы детей своих увидеть. Осколкам ведь все равно куда лететь. Сидел человек на лавочке, никого не трогал — и нет человека. На шахте Менжинского сторожа убило. Его тело в ангар спрятали, чтобы собаки не растащили. У моей школьной учительницы по черчению сердце остановилось. Ее во дворе похоронили. Ни отпеваний не было, ничего.

Анна дышит громко и тяжело, будто в кошмарном сне. Продолжает.

– Выезжать из города тоже страшно. В подвале спрятался, и есть надежда остаться в живых. А машину обстрелять могут. Нас в Харьков волонтеры вывозили на старом уазике. Мы приехали к блокпосту ополченцев, сказали, куда и зачем едем. Мужчина в камуфляже с автоматом в руках нам на это пробухтел: "В сорок пятом же люди в Германию не бежали? Там же враги". Машина наша тихонечко двинулась, а он все матерился вслед. Тогда водитель повернулся к нам, говорит: "А теперь бабы, молитесь, чтобы до следующего блокпоста живыми доехать". Так мы не молились, а воем выли. Всей машиной"Отче, наш" читали. И доехали.

Душа харьковского вокзала

В зале ожидания станции Харьков стоит тяжелый воздух. Многолюдно. Нарисованная на стене картина советских времен – голубое небо, солнце, развевающееся на ветру красные флаги – контрастирует с погодой за окном. Там слякоть и дождь. Синими огоньками светится новогодняя елка. Из игрушек на ней – только большая вырезанная из бумаги снежинка.

– Мы елку хотим не игрушками, а желто-синими ленточками украсить, – замечая мой интерес, объясняет круглолицая девушка с челкой на бок.

Девушку зовут Вера. Она волонтер "Станции Харьков",общественной инициативы, которая помогает переселенцам из зоны АТО.

Вера, волонтер «Станции Харьков»

Вера, волонтер «Станции Харьков»

– Вокзал – первый рубеж, где люди либо увидят поддержку, либо почувствуют себя брошенными, – гул от прибывающего на станцию поезда заглушает Верины слова.

С началом зимы волонтеры "Станции Харьков" принимают в день до ста беженцев из Луганской и Донецкой областей. В конце лета их было существенно больше – за сутки за помощью обращалось до семисот переселенцев.

На вокзале этих людей кормили, предоставляли им возможность бесплатно помыться. Дальше действовали в зависимости от нужды: одним помогали найти жилье, другим – роботу. Раздавали теплую одежду, медикаменты, помогали возобновить документы. Поддерживали. Слушали. Утешали.

– Власть с проблемой не справлялась? – спрашиваю Веру.

– Когда ты сидишь в административном помещении, трудно увидеть то, что происходит на вокзалах, – отвечает девушка. – Но теперь, по инициативе волонтеров, с нами дежурят работники центра занятости и МЧС. Харьков переполнен. По оценкам волонтеров, в городе и окрестностях живет около четырехсот тысяч людей, бежавших от войны. Поэтому МЧС помогает им переехать в другие области. А в социальной службе занятости сначала нужды не было. Беженцы надеялись, что они здесь ненадолго: пересидят опасность, и вернуться домой. Но этого не случилось.

О роботе с переселенцами Вера рассказывает со знанием дела. Когда впервые шла на вокзал, думала, пробудет здесь всего день. В итоге, помогает беженцам уже четыре месяца.

– Поначалу не могла работать без слез. Людям, конечно, старалась этого не показывать. Отходила в сторону.

– От чего слезы?

– Когда ты слушаешь, что у человека на глазах ребенка разорвало, как не заплакать? Как? – с недоумением растолковывает мне Вера. – Или когда ты регистрируешь людей и записываешь дату рождения: 1931 год, 1928 год. Думаешь, сколько этим людям осталось жить, и где им вообще жить. Видишь мам, которых прямо с вокзала в роддом забирают. Или мам с новорожденными детьми, потому что в роддом попал снаряд. Слушаешь женщину, которая блинчики из каштанов пекла, как в 32 году. Или истории про опухших с голоду инвалидов. Все стояли в очереди за хлебом. А как им быть?

– Убежать от этого всего не хотелось?

– Каждый раз говорю себе, что я тут последний день. И опять возвращаюсь. А самое страшное то, что никто не может ответить на вопрос: "Когда же это все закончится?"

В больших голубых глазах Веры заметна усталость.

– Знаете, когда война только началась, люди чувствительнее были."Боже, помоги« – первая реакция. А теперь все чаще ожесточаются. Нам бы рядом с социальными работниками кого из духовенства привлечь к работе.

Беженцам нужен добрый самарянин

В кабинете директора благотворительной организации Католической церкви »Каритас", греко-католического священника отца Сергея, холодно. Обогреватель жужжит, не переставая. Отец Сергей поверх длинного подрясника, полы волочатся по земле, надел черный жилет. На столе парит большая чашка кофе. Но отец будто бы забыл о ней. Струйка пара становится все прозрачнее, пока не исчезает совсем.

– Вы не против, если я компьютер включу, – обращается ко мне священник. – Моя имость за это меня ругает. Говорит: "Ты человеку в глаза смотри, а не в монитор". Но роботы сейчас много. Я только одним глазком буду сюда поглядывать.

Под опекой "Каритаса" находятся уже более двух с половиной тысяч вынужденных переселенцев.

– Я сначала переживал, как люди о нас узнают, – признается отец. – В проекте даже деньги были выделены на рекламу. Но она не понадобилась. Большинство работников "Каритаса" – сами переселенцы из Донецкой и Луганской областей. Многие из них были волонтерами "Станции Харьков". Поэтому найти нуждающихся людей для проекта было не сложно.

Здесь помогают питанием, одеждой, обогревателями для домов. «Каритас» Германии, вмести с немецким правительством, выдает переселенцам специальную банковскую карточку с деньгами на еду и жилье.

– Вот только проблема есть, – говорит священник, – немецкие доноры требуют справку, что ты переселенец из зоны АТО. А со справками у нас в Харькове сложно.

Сам отец Сергей родом из Ивано-Франковска. В Харькове живет уже восемь лет. Чужим себя здесь не чувствует.

– Как они воспринимают вас, священника из Галичины?

– Я, знаете, уверен, что половина людей, которым мы сейчас помогаем, была за ДНР, ЛНР. А у женщин, которые приезжают сюда с детьми, мужья воюют на стороне террористов. Но для нас важны люди, а не их убеждения. Как говорит апостол Павел: "Нет ни эллина, ни иудея, ни раба, ни свободного, но все и во всём Христос".

– А когда про убитых украинских солдат слышите, и тогда у вас злобы не возникает? – допрашиваю отца.

– Христос сказал любить всех, – спокойно отвечает священник, как будто бы он сегодня видел, слышал этого самого Христа. – Вы притчу о милосердном самарянине помните? Там есть вопрос: «Кто для меня ближний? ». В этой притче Христос нам показывает не так человека, который лежит побитый на дороге, как пример того, кем мы должны для него стать. Стать для нуждающегося ближним, как это сделал добрый самарянин. Есть надежда, что через помощь друг другу мы все изменимся. Так должно быть.

– Для чего эта война, отче? – задаю вопрос, который все время крутится в голове.

– Мои дети каждый вечер заставляют меня читать им Святое писание. Вся история Ветхого завета – о том, как Бог требует верности от израильского народа. Когда народ отходит от Бога, создает себе божков, тогда начинаются войны и испытания. Так, видно, и с нами сейчас происходит.

Культ Даров небесных

Михаил, социальный работник "Каритаса", внешне похож на ученого-физика. Черные, зачесанные назад волосы, открывают высокий лоб. Большие глаза проникновенно смотрят из-за круглых очков. На подоконнике напротив его рабочего стола разноцветные горы из постельного белья и полотенец.

Михаил, социальный работник «Каритаса»

Михаил, социальный работник «Каритаса»

– Я по собственному опыту знаю, как это бежать из города, – рассказывает Михаил. – Если у тебя нет машины, то постельное белье, посуду ты берешь в последнюю очередь. Это вещи первой необходимости, но они тяжелые. Детские игрушки тоже все забывают.

Михаил родом из Донецка. Вместе с семьей покинул город в середине июня. До того, как переехал в Харьков, жил у тещи в Старобешевском районе Донецкой области.

– Тогда это был глубокий тыл украинской армии, – вспоминает мужчина. – Наши солдаты взяли Иловайск, Ясиноватую, Авдеевку. Мы все ждали, когда же они зайдут в Донецк. Потом началось новоазовское наступление, и мы оказались на линии фронта, – спокойный повествовательный голос Михаила меняется так же резко, как и ход событий, о которых он говорит. – Ночью я слышал залп градов, свист снарядов, взрывы. Родственники прятались в подвале, а я туда не шел. Это что-то иррациональное. Мне легче было лежать на кровати, читать книгу.

– Вы могли читать в то время? – удивляюсь.

– Перечитал массу приключенческой литературы. Книги с хорошим динамичным сюжетом позволяют отвлечься от действительности. Все время бояться не получается. Адаптируешься ко всему. В определенное время я заметил – когда канонада затихала, мне становилось тревожно. Если не стреляют, значит, что-то готовится. От обыденных звуков – сосед забивает гвоздь в стенку – я отвык. Стрельба стала частью жизни. Даже наша собака взрывов перестала бояться. А когда бой начался уж очень близко к нашему дому, мы решили уехать.

История Михаила нетипична для переселенцев. C жильем в Харькове ему помог друг. Михаил сразу же нашел здесь роботу — у него диплом профессионального соцработника. Жена тоже. Смирился с тем, что его квартиру в Донецке могут национализировать боевики ДНР. Просто поехал домой, забрал дорогие сердцу вещи, чтобы никто чужой их не касался.

– Есть люди, которые легко перестраиваются на новую реальность, есть те, кому сделать это очень сложно, – объясняет Михаил. – А есть те, кто этого не сделает никогда. Моя теща тому пример. Она свой дом не бросила. Тяжело людям, которые привыкли всю жизнь работать, а в новой реальности себя не находят.

– Как вы оцениваете помощь государства переселенцам?

– Моя личная точка зрения – наше государство делает то, что оно может делать. Оно не богатое, у него нет опыта в решении подобных проблем. Волонтеры оказались мощнее государства по своим возможностям, мотивации, умелости. Меня, профессионального социального работника, Харьков очень удивил.

– Все настолько хорошо?

– В ситуации с волонтерами и переселенцами есть одна мощная опасность, – задумавшись, отвечает Михаил. – Во время Второй мировой войны на тропических островах, где США воевали с Японией, военным на парашютах забрасывали оружие и еду. Часть этой помощи попадала в руки к первобытным племенам, которые жили вблизи военного городка. За несколько лет войны эти люди привыкли получать помощь просто с неба. У них сформировалась идея, что им ее посылают предки. Когда война закончилась, эти племена стали изображать традиции американской армии: строить муляжи взлетных полос, ходить строем в надежде, что небо им снова поможет. Важно, чтобы такого культа Даров небесных не возникло у нас. Для этого нужно, чтобы переселенцы совершали некоторые поступки, чтобы самим себе помочь.

Война и вечность

В адаптационном центре "Станции Харьков" слышен детский смех. Здесь в маленьких кабинетах бывшего офиса временно живут семьи переселенцев. Дети в большой общей комнате открыли на полу ресторан. Мамы хлопочут на кухне.

дети из адаптационного центра «Станции Харьков»

– Войну и повседневную жизнь очень тяжело совмещать, – говорит Ирина, женщина лет тридцати, не переставая цокотать ножом по деревянной дощечке. – Отвела дочку в садик. В девять часов звонят:"Ребенка заберите. Бомбежка началась". Или в школе на собрании талдычат нам, мол, за детей не переживайте, мы с ними потренируемся, они будут знать, как в случае обстрела вести себя. Нас заставляли вести привычный образ жизни, хотя вокруг война.

– Если все покинут город, за кем будут прятаться ополченцы, – вступает в разговор Наташа, невестка Иры. – Мы собирались сюда уже под бомбежками. Последней каплей было, когда целую семью наших друзей убило. В четверг девочка из этой семьи мою Лизу у входа в садик встречала, а в пятницу ни ее, ни родителей уже не было в живых.

Наташа и Ира – внешне совсем разные. Только говорят одинаково: слегка стиснув зубы.

– Мы знаете, когда ехали сюда, не верили, что нам здесь помогут, – крутит головой в знак отрицания Наташа. – У нас в Горловке злоба возрастает. Люди желают другим всего самого плохого только потому, что у них отличаются взгляды. В Харькове люди доброжелательные. Мы, знаете, волонтеров сначала совсем не понимали. Зачем им нам помогать?

– А сейчас поняли? – спрашиваю.

– Мы тоже теперь стараемся хоть как-то кому-то помогать, – отвечает Наташа. – Недавно нашли квартиру неплохую, но нам район не подошел. Мы от нее не отказались, а позвонили знакомым из Горловки. Теперь они там будут жить, – и, призадумавшись, добавляет. – Наверное, да. Мы что-то поняли.

Прощаясь с переселенцами, я вспоминаю прочитанный недавно отрывок из книги.

Война несет немало злости, страха и страдания. В ней есть изрядная мера жестокости и злобы. Но в тоже время война заставляет тысячи людей заниматься не собой, а теми ценностями и делами, которые они сочтут выше своих собственных. Потому, что в военное время никто уже не верит, что будет жить вечно.

Источник